вторник, 9 августа 2011 г.

Плод научной фальсификации

В книге В. Мединского «О русской грязи и вековой технической отсталости» есть интересный отрывок об эмбрионах Геккеля. Конечно, подобного материала очень много во Всемирной паутине, но моё внимание этот отрывок привлёк тем, что раскрыл одну из причин появления идеи абортов. И поскольку при переработке текста боюсь потерять очень важные детали, публикую его целиком.

«Борьба за «правильное» мировоззрение требовала не объективного знания, а пропагандистских материалов. Мгновенно нашлись и те, кто были готовы такие материалы писать.
Например, шла война эволюционной теории с концепцией Божественного творения. Эволюционист Эрнст Генрих Геккель в 1866 году сформулировал «биогенетический закон»: по его мнению, в течение эмбрионального развития млекопитающих, в том числе человека, зародыш проходит через многие из предшествовавших эволюционных стадий. Одновременно Геккель стал создателем монизма: научно-философской теории, призванной, по его мнению, заменить религию.
А «заменял» он её, попросту подделывая данные.
Если читатель внимательно изучал школьные учебники биологии для старших классов, он может помнить такие вот рисунки.

Верхний ряд: изображения эмбрионов разных животных по Геккелю.
Нижний ряд: фотографии эмбрионов, предоставленные доктором Майклом К. Ричардсоном.
Эти рисунки очень наглядно иллюстрируют главную мысль: все позвоночные на ранних стадиях развития похожи друг на друга, а на более поздних приобретают «более прогрессивные» черты.
Действительно, очень наглядно: в верхнем ряду изображены маленькие, изогнутые, червеобразные существа со странными головами, почти не отличающиеся друг от друга. Во втором и третьем рядах каждый червячок постепенно приобретают некую форму — рыбы, саламандры, курицы, человека. Вот оно, развитие в утробе мам разных позвоночных до состояния взрослой особи.
Эти рисунки уже больше ста лет воспитывают убеждённых сторонников эволюционной теории. Во-первых, изображения воздействуют на человека на подсознательном уровне. Во-вторых, эти рисунки иллюстрируют основной принцип, в соответствии с которым, как принято считать, и происходит эволюция. Большинство учеников после школы заниматься науками не будут, но определённые убеждения уже сформированы, в том числе на эмоциональном уровне.
Вот только не случайно публикуются именно рисунки, а не фотографии. И не случайно публикуются именно рисунки самого Геккеля, а не кого-то другого. Ох не случайно…
В 1997 году в научном мире разразился настоящий скандал: американский профессор Майкл Ричардсон опубликовал статью с серией фотографий. На фотографиях были изображены эмбрионы тех же самых животных, которые рисовал Геккель: рыбы, саламандры, черепахи, курицы, собаки, человека. Но эти эмбрионы выглядели совсем не так похоже друг на друга, как у Геккеля.
Дело в том, что Геккель, стремясь любой ценой доказать правильность дарвиновской теории, немного дорисовывал эмбрионы так, как ему хотелось.
Геккель добавлял одни черты эмбрионов и не рисовал другие. Он даже подтасовывал пропорции, чтобы преувеличить сходство между видами, хотя на самом деле один эмбрион мог существенно отличаться от другого по размерам и пролпорциям. Геккель «забывал» назвать вид, словно данные о зародышах одного вида верны для всей группы животных. В действительности даже у эмбрионов схожих видов — например, разных видов рыб — на одной и той же стадии развития заметно различается внешность, и к тому же различен ход развития.
Геккелю было важно, чтобы на сходных стадиях развития зародыши больше походили друг на друга, и он изобразил глаз эмбриона собаки вдвое больше, чем на самом деле, чтобы он был похож на человеческий. На рисунке эмбриона человека Геккель вдвое удлинил нижние позвонки, пытаясь придать им сходство с собачьим хвостом. А сходства-то вовсе и нет. Нет никакого хвоста у человеческого эмбриона — наш позвоночник на всех стадиях развития состоит из 32-34 позвонков. Он только немного выдаётся назад на ранних стадиях из-за отличающейся скорости роста.
Шейные складки Геккель нарисовал так, чтобы они походили на жабры. Но кожные складки шейно-челюстной области человеческого эмбриона не имеют ничего общего с жаберными щелями. Тем более мысль, что эмбрион получает кислород  при помощи жабр из околоплодной жидкости, — чистейшей воды фантазия, и любого студента медицинского института ждёт «двойка», если он такое ляпнет. А Геккель именно о «работе» жаберных щелей эмбриона и писал!
Непропорционально большая голова эмбриона тоже вызвана вовсе не сходством с рыбой, а тем, что сердце и мозг — наиболее сложные органы, и они начинают развиваться раньше, ибо требуют больше времени для своего развития.
Кстати, тут есть место не только для научной недобросовестности, но и для политических выводов. Если человеческий эмбрион, начиная с самой первой клетки, является именно человеческим организмом, быстро и целенаправленно развивающимся в соответствии с заложенной в него программой, то уничтожение такого эмбриона есть убийство человеческого существа.
Если же на ранних стадиях развития у человеческого зародыша имеются жабры, похожие на рыбьи, и сердце, похожее на лягушачье, то он — ещё никакой не человек. До тех пор, пока не появился на свет. Подобие эмбриона человека лягушке или рыбе — излюбленный аргумент сторонников абортов».

Мединский В. О русской грязи и вековой технической отсталости. М., 2010. С. 113-116.

Комментариев нет:

Отправить комментарий